Все представительства
(812) 766-69-26, 716-19-32, 766-19-32, 490-48-85
[email protected]

В русле горьковского миропонимания

Главная  /  Полезная информация  /  Новости  /  В русле горьковского миропонимания

Для советского кино проза и драматургия Максима Горького — не просто один из литературных источников: художнически осмысливая его произведения, мастера экрана не только приобщаются к миру уникальной творческой личности, но и глубже постигают возможности ведущего метода нашего искусства, первооткрывателем которого явился писатель. Традиции Горького — не столько следование его индивидуальной манере, стилю, сколько развитие общих идейно-эстетических принципов реализма нового типа. Это наглядно демонстрируют лучшие кинематографические интерпретации его книг, начиная с пудовкинской «Матери».

Однако метод на каждой ступени развития искусства проявляется по-своему. Современные экранизации горьковских произведений, принадлежат ли они прославленному киноинтерпретатору Горького М. Донскому, завершившему свой путь возвращением к прозе писателя, или режиссерам других поколений и совсем иных творческих индивидуальностей, имеют и нечто общее. Это общее в значительной мере связано с новыми акцентами в художественно-психологическом раскрытии диалектики классового и общечеловеческого. А косвенно служит этому — по-разному у разных кинематографистов — вся поэтика произведений: от пейзажа до интерьера, от актерской игры до монтажа, от мизансцены до операторских решений.

«...Совершенно свободный «человек для всех» — Человек Человечества — возможен только в будущем...» — писал Горький. По мере приближения этого будущего в искусстве, естественно, укорачивается «фокусное расстояние», позволяющее четко увидеть общечеловеческие начала. Но борьба за мироустройство, призванное служить Человеку Человечества, требует непримиримости к идеям и морали тех — вспомним горьковские слова — «командующих «власть имущих» классов, которые во что бы то ни стало утверждают свою власть над человеком... не брезгуя и не стесняясь массовыми убийствами непокорных».

Ареной сражения человеческого начала и гибельной для личности «власти над человеком» стал под пером писателя и мир героини «Вассы Железновой». Васса Петровна — так зовут ее в первом варианте пьесы, Васса Борисовна — во втором, послеоктябрьском, легшем в основу фильма, поставленного Глебом Панфиловым. Но перед репликами Горький по всему тексту произведения именует ее уже просто Вассой, делая нас вхожими не только в дом ее, но и в мир самых тайных помыслов, расчетов, желаний. «Васса» — так названо и кинематографическое переложение пьесы.

Сразу надо сказать, что фильм получился в целом именно горьковский. Не могу согласиться со Ст. Рассадиным, который в своей очень интересной в целом статье об экранизации классики отказывает фильму во внутреннем родстве с замыслом Горького, акцентирует в нем точки отталкивания от литературного оригинала и его сценических и экранных интерпретаций, а точек сближения и вовсе не замечает. На мой взгляд, панфиловская «Васса» передает важные грани мироощущения, миропонимания писателя, хотя в картине и нет — тут критик абсолютно прав — буквалистского следования пьесе. И начинается лента с эпизода, которого в «Вассе Железновой» нет, он, скорее, навеян сценой из «Фомы Гордеева», вернее — даже не сценой, а воспоминанием Игната Гордеева о пожаре, сгубившем его пароход. Но, перенеся в «Вассу» этот пожар, кинематографисты верно почувствовали, что надо сменить тональность: характер пароходчицы и купчихи Железновой — это не повторение характера купца и пароходчика Гордеева. Их внутренний мир, их душевный настрой различны.
Игнату все нипочем, пропадай пароход — новый наживу, у меня, мол, вся жизнь впереди. Жизнь, которая ему кажется бесконечной и полностью ему подвластной. «И хоть все сгори — плевать! Горела бы душа к работе» — вот главное его ощущение.

Васса тоже полна веры в свои личные возможности, но трезвый, практический ум диктует ей другое отношение к жизни. Она ведь в иное, время живет, она-то уже превосходно знает, что бесшабашная удаль вовсе не всегда вывозила даже первых могучих, жадно забиравших власть и несметные богатства русских промышленников, она почуяла другие законы жизни, на ее глазах нередко взрывались и лопались казавшиеся непоколебимыми огромные предприятия.

Актриса И. Чурикова создала характер цельный, она убеждает и естественностью всего поведения своей Вассы, и глубинной обусловленностью ее поступков, главной внутренней пружиной, ведущей ее героиню по жизни. Кинематографисты не прошли мимо характеристики Вассы, данной в пьесе ее дочкой Людой: «человеческая женщина». Официальный сайт казино корона - http://casinokorona.su